March 13th, 2017

Размышления на ночь

Представляю, как Янукович, сидя в Ростове, печально смотрит репортаж из Нидерландов, поворачивающих турецкий самолет, и думает, наверное: " А шо так можно было?"
Вот как, оказывается, надо было. Просто не дать приземлиться самолетам Нуланд и всех этих европейских эмиссаров, политических и общественных деятелей, слетающихся на майдан как представители отряда двукрылых на всякую органику и отходы жизнедеятельности организмов.
Всего-то надо было обьявить диспетчерам, что присутствие сих персон с их агитацией против законно избранного президента страны неуместно и нежелательно в данной стране. Ну и не давать посадку. И вдогонку крикнуть, что это его граждане в его стране, a агитация от представителей других стран неприемлема. А на возмущенное "Фашисты!", летящее с борта, бодро рапортовать "От фашиста слышу" и "Сам дурак". И послов отправить в отпуск с напутствием: "Можете не возвращаться".

P.S. Кстати, мне кажется, или еще несколько стран ЕС скоро начнут процесс признания геноцида армян?

(На)личная свобода

Оригинал взят у maxrub в (На)личная свобода

Бывший брокер, автор нашумевшей книги «Еретический гид по глобальным финансам» Бретт Скотт разразился в британском Aeon Magazine гневной статьёй, разоблачающим всемирный заговор правительств и банкиров против наличных денег. Вот основные тезисы этого манифеста.


В представлении экономиста, идеализированный свободный рынок — это когда рациональные люди вступают друг с другом в денежно-валютные отношения для взаимной пользы. Одна сторона — «покупатель» — передает денежные знаки другой стороне — «продавцу», а тот предоставляет в обмен на них реальные товары или услуги.


Однако необходимо помнить, что в нашей жизни присутствуют два вида денежных средств. «Наличными» называется система физических дензнаков, передающихся для совершения сделок вручную. Они находятся в общественном пользовании. Мы могли бы назвать их «государственными деньгами». Мы ведь действительно относимся к наличным как коммунальной услуге, они «просто есть», и этого достаточно. Подобно другим коммунальным услугам, они могут показаться мерзкими и непривлекательными, учитывая неэффективность и пространство для коррупции, но доступ к ним в принципе открыт. Богатейшие члены общества могут передавать их непосредственно беднейшим, и наоборот.




Наряду с этим, существует отдельная система безналичных денег, в которой наши дензнаки обретают форму «объектов данных», фиксируемых в базе данных банком — официальным органом, получившим полномочия ведения их учета для нас. Мы называем это банковским счетом, и, вместо физического перемещения этих денег, отправляем с мобильного телефона или через интернет сообщения своему банку с просьбой изменить данные. Деньги «уйдут» от вас к другому человеку, если два соответствующих банка договорятся о внесении исправлений в ваши счета, и тогда ваши показатели сократятся, а показатели второй стороны увеличатся.


По сути, этот второй вид является частным и работает от инфраструктуры, коллективно контролируемой жаждущими прибыли коммерческими банками и рядом сотрудничающих с ними частных посредников оплаты, таких как VISA и MasterCard. Записи о данных на вашем банковском счете не являются государственными деньгами. Правильнее будет сказать, что ваш банковский счет фиксирует частные обещания вашего банка о возможности получения вами доступа к государственным деньгам. Иметь «500 фунтов» на счете в банке Barclays в действительности означает, что «Barclays обещает вам доступ к 500 фунтам». Сеть банкоматов является основным способом превращения банковских обещаний — «депозитов» — в государственные денежные средства. А система электронных платежей, с другой стороны, — это способ передавать или переоформлять эти обещания между нами.


Такая двойная система дает возможность оплачивать пиццу в ресторане с помощью как частных цифровых денег, так и наличных, извлеченных из банкомата в случае сбоя системы банковских карт. Такой выбор кажется справедливым: в зависимости от обстоятельств мы можем ориентироваться на целесообразность одной или другой формы. Однако архитекторы «безналичного общества» вовсю работают над ликвидацией функции использования государственных денежных средств. Они хотят полностью приватизировать движения дензнаков, принудительно располагая банки и посредников частных платежей в центре всех взаимоотношений между покупателями и продавцами.



Общество безналичных расчетов — более точно его следовало бы назвать обществом банковских платежей — часто преподносится как неизбежность, результат «естественного прогресса». Утверждение это либо наивно, либо лицемерно. Любое будущее общество безналичных банковских платежей будет результатом преднамеренной войны против наличных денежных средств, развязанной союзом трех элитных групп, имеющих глубокий интерес в его появлении.


Первая группа — это банковский сектор, который контролирует основную систему электронных денег — конкурента общественной системы наличных средств. Представителей банковского сектора раздражает то, что люди действительно пользуются своим правом конвертировать банковские вклады в государственные деньги. Они хотят создать общество безналичных расчетов, при которой деньги не смогут не только покидать банковскую систему, но и существовать вне ее, и будут перемещаться только между банками.


Вторая группа — сектор частных платежей (MasterCard и иже с ним), который получает прибыль от управления инфраструктурой, обслуживающей банковскую систему, и оптимизации процесса, с помощью которого мы перемещаем деньги между банковскими счетами. Они имеют свои корыстные причины настаивать на аннулировании наличных платежей. Ведь сделки за наличный расчет подразумевают непосредственное взаимодействие двух сторон, без каких-либо посредников, и не оставляют Visa возможности заработать.


Третья группа — возможно, по иронии судьбы — состоит из государства и квазигосударственных образований, таких как центральные банки. Совместно с индустрией финансовых услуг они в целях мониторинга и контроля заставляют всех покупаться на привлекательность безналичных платежей. Система безналичных расчетов позволяет фиксировать, просматривать и анализировать все сделки, и «хорошие» и «плохие». Кроме того, «автономная» природа наличных денег означает, что дистанционно изменить или заморозить их нельзя. Это препятствует реализации центральными банками «инновационной» денежно-кредитной политики, например отрицательным процентным ставкам, которые медленно изменяют дистанционные банковские вклады дабы сподвигнуть людей на расходы.




Основным оружием, используемым этим альянсом, является классическая тактика запугивания. Наличные используют преступники! За наличные покупают наркотики! Наличные — это черная экономика! Наличные поощряют уклонение от уплаты налогов!


Умение преподнести контроль как защиту основывается на постоянных призывах думать о внешнем враге — террористе или мафиози. Этот элемент моральной паники противопоставляется дружелюбной ненавязчивой рекламе цифровых платежей. Возникающее общество безналичных расчетов вырисовывается подобным футуристическому восходу солнца, смывающему эти опасные грязные банкноты лучами гигиеничного и удобного цифрового спасения.


В поддержку основного альянса выступает вспомогательный корпус номенклатурных академиков, экономистов и футурологов, живущих в зеленых пригородах и летающих бизнес-классом ради выступлений на технологических конференциях, воспевающих жизнь без наличности. Книга «Проклятие наличных денег» (2016) гарвардского профессора экономики Кеннета Рогоффа была номинирована на премию «Книга года» по версии издания Financial Times и McKinsey, что, несомненно, сопровождалось приглашениями на спонсируемые финансовым сектором конференции в пятизвездочных отелях.


Прием психологического нападения работает. «Наличка» все чаще исключается из официальной экономики, привлекая неодобрительные взгляды продавцов в магазинах. Везде указано «принимаем только карты».


Сегодня уже происходит смещение линии фронта в более бедные страны. В Индии, например, недавно произошла так называемая «демонетизация», заключавшаяся в грубом и стремительном изъятии всех бумажных денег по приказу премьер-министра Нарендры Моди, стремящегося навести порядок в «теневой экономике». Этот ритуал неизбежно повлек за собой затруднения среди беднейших граждан Индии, зависимых от наличных денег и зачастую не имеющих доступа к банковским счетам. Миссия, изначально направленная на искоренение коррупции, была по иронии судьбы изменена на навязывание «жизни без наличности» ради экономического развития индийских бедняков.




Миссия эта получила поддержку созданного на основе ООН альянса «Лучше, чем наличные», который поощряет «переход от наличных денег к электронным платежам для сокращения масштабов нищеты и содействия всестороннему росту», а ключевыми партнерами считает Visa, MasterCard и Фонд Citi. Действиям Моди также предшествовало начало программы Cashless Catalyst — совместной инициативы правительства Индии и USAID (Агентство США по международному развитию), нацеленной на распространение в Индии электронных платежей и поддержанной множеством занимающихся реализацией цифровых платежей компаний. Такие официальные союзы государств, корпораций и научно-педагогических кадров впечатляют. Чтобы оправдать это, восхищавшиеся действиями Моди со стороны состоятельные представители городской элиты Индии могут смело ссылаться на книгу Рогоффа.


Рогофф, правда, показался напуганным и заявил, что выступал за ликвидацию наличных денег только в развитых странах с развитыми банковскими системами. Тьфу, проклятие! Весьма влиятельный и политически мощный экономист Гарварда выпускает посвященную борьбе с наличными книгу мирового масштаба и беспокоится о том, что менее обеспеченные страны восприняли это всерьез. Как так?


Попытка представить общество безналичных банковских платежей в качестве блага для обездоленных является в лучшем случае шаткой. Под предлогом уничтожения «теневой экономики», низшие слои общества, беспризорники, эксцентричные и необузданные граждане будут принудительно загнаны под контроль государственно-корпоративного мейнстрима.
Максимум, на что можно надеяться, — это умеренная олигополия платежных корпораций, в значительной степени подверженных действию геополитических стремлений государств, на территории которых они находятся. Правительство Китая поддержало создание China UnionPay именно потому, что не хотело, чтобы платежные мегакорпорации США были привратниками в совершаемых китайскими гражданами сделках.



Уничтожение наличных на шаг приближает нас к потенциальному пониманию самого мощного и автоматизированного комплекса государственно-корпоративного финансового контроля в мире. Многие этого либо не понимают, либо им все равно. Мы, как та медленно варящаяся в кипятке лягушка, кажется, не замечаем того, как вгоняем себя в зависимость от отчужденной, непостижимой инфраструктуры, делающей нас все более покорными невидимым бюрократическим процессам.


Мое главное средство самозащиты будет простым и интуитивно понятным — наличные деньги. Это средство надежно в той же степени, в какой непривлекательна «наличка». Оно простое в использовании. Для него не нужно никакой причудливой инфраструктуры. Оно не подвержено произвольным сбоям в алгоритмах из-за бездарности программистов. И, да, оно не оставляет следов данных, которые будут использованы для вовлечения стремлений и неврозов безликих технократов и бизнес-аналитиков в мою повседневную жизнь. Преступность идет с ним в комплекте, но все же это старый добрый нормальный капитализм, а не предсказательный капитализм контроля за «Особым мнением».


США без России – сами с усами. 68 стран тому свидетели

Ранее исполняющий обязанности официального представителя Госдепа Марк Тонер торжественно объявил, что Россия не приглашена на министерскую встречу 68 стран коалиции во главе с США по борьбе с ИГ*. Дескать, намекают – мы без России сами с усами. Это ведь США, а не Россия вносит главный вклад в разгром ИГ*. 68 стран тому свидетели. И соучастники.
Они будут в Вашингтоне болтать, а на ближневосточном театре военных действий будут в это время воевать с ИГ* сирийские правительственные войска, российские ВКС, курдские повстанцы, шиитские ополченцы, отряды умеренной оппозиции. А американцы тем временем в Вашингтоне будут рассказывать о том, как они воюют и побеждают ИГ*.
Какая главная необъявленная тема на вашингтонской встрече? Борьба с ИГ*? Пустое! Послевоенное разделение региона. Надо сделать так, чтобы Асад исчез, Иран оказался изолированным и во враждебном окружении, а Россия навсегда ушла с Ближнего Востока. Короче, чтобы там остались только американцы, ручное иракское правительство, "американские сирийцы" в Дамаске, монархии Персидского залива, Израиль и Турция. Остальных надо попросить на выход.
Так было всегда, так будет и в будущем.
Советский Союз вел весной 1945 года кровопролитные бои с действительно мощной фашистской милитаристской машиной, требовавшие колоссального напряжения сил всего огромного государства. А американцы тем временем неспешно, в тиши уютных кабинетов, вырабатывали послевоенное устройство и раздел мира, антисоветскую стратегию, железный занавес. Вояки из американцев известные – они с японцами ковырялись сколько лет. А советские войска разгромили японские войска в Китае на раз-два, как говорится. Но зато сейчас на Западе только и слышно о беспримерных жертвах США во Второй мировой войне. Это они разгромили Гитлера и японцев, даже несмотря на то, что "этому активно мешал Советский Союз".
Это бог не может изменить прошлое, а американцы, как показывает практика, могут.


Боевики ИГ (запрещена в РФ) на северо-востоке Сирии

США без России – сами с усами. 68 стран тому свидетели

14:00 12/03/2017
В Сирии будут воевать с ИГ* сирийские правительственные войска, российские ВКС, курдские повстанцы, отряды умеренной оппозиции. А американцы тем временем в Вашингтоне будут рассказывать о том, как они побеждают.