Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

«А зори здесь тихие…»: прототипы повести



Если коротко, то все они, кроме командира, как и в повести (и в одноименном фильме Станислава Ростоцкого), погибли. Только главный военный у прототипов героинь был вовсе не старшиной. Да и павшие в неравном сражении бойцы оказались представителями противоположного пола.

Все не так, не с теми и не там

Борис Васильев, вдохновившись опытом своих коллег писателей-фронтовиков, хотел, как он сам признавался в интервью, написать что-то свое. Произведение, в котором была бы отражена именно его война, «лесная». Война без тылов и передовых, артиллерийской и авиационной поддержки. Война, где один на один с противником, в лесу, и отряд (группа, подразделение) самостоятельно должен решать, как действовать в схватке с врагом, выстраивать стратегию и тактику, не надеясь на скорую помощь со стороны. Писатель вспоминал, что долго вынашивал «туманный» (его формулировка) замысел будущего произведения, пока не прочел маленькую заметку в газете «Известия» об обороне узловой железнодорожной станции на направлении Петрозаводск-Мурманск. Сам Петрозаводск был оккупирован финскими подразделениями. В заметке говорилось, что немецкие диверсионные группы стремились взорвать рокаду, используемую советскими войсками для переброски живой силы, техники и боеприпасов. Большую часть диверсантов наши спецподразделения уничтожили, но одному отряду все же удалось просочиться. По стечению обстоятельств это случилось на участке обороны того самого сержанта. Силы были определенно неравны, эта история чем-то походила на сюжет «9 роты» Бондарчука, только реальность оказалась пожестче – у наших в наличии семеро раненых бойцов, включая сержанта, и только один пулемет. Сержант единственный остался в живых, его, отстреливавшегося из пулемета, всего изрешетило пулями и осколками. Но до подхода подкрепления малочисленная группа советских бойцов фрицев к ж/д полотну не подпустила.
Заметка в «Известиях», судя по интервью Бориса Васильева, вышла уже после войны. В ней коротко сообщалось, что сержант, чье имя писатель так и не вспомнил, выжил и даже был удостоен медали «За боевые заслуги». К слову, весьма почетной в солдатской среде – за «бэ зэ» на той войне «за просто так» не награждали.

Причем тут женское подразделение

«Вот сюжет!» – подумал будущий автор замечательной повести Борис Васильев, и начал работать с темой. Одну страницу написал, две, три, семь – не идет повествование. И все хорошо, да что-то нехорошо – частная история, никакой новизны. Очерк – пошел бы, а для художественного произведения не хватает чего-то главного, что могло бы сыграть на пронзительности образов героев повести. И Борис Васильев придумал, что героинями его произведения должны стать молоденькие девушки, воюющие под началом опытного, обстрелянного старшины. Дальше написание текста пошло как по маслу. На самом же деле истории, легшей в основу повести и фильма, в жизни никогда не происходило. Было много других с участием женщин на фронте, не менее жестоких и суровых – сотни тысяч представительниц слабого пола в том или ином качестве воевали на фронтах Великой Отечественной, и им было определенно труднее, чем мужчинам. И никто, за редким исключением, их судьбы не описывал.

А были ли диверсанты в тех местах?

Были, и вели они себя довольно активно. В фильме С. Ростоцкого упоминается, что диверсионная группа немцев пыталась взорвать шлюзы Беломоро-Балтийского канала, чтобы застопорить судоходность этой стратегически важной водной артерии. Действительно, прямо с первого дня войны с территории Финляндии началась переброска диверсионных финских (не немецких!) групп на территорию СССР. Правда, они не чувствовали себя так свободно, как это показано в фильме Станислава Ростоцкого, зори для финнов там были отнюдь не тихими: диверсантов на первых же этапах десантирования засекали спецвойска НКВД, опергруппы обнаруживали их резиновые лодки, спрятанные боеприпасы и продовольствие. За лазутчиками охотились и весьма результативно. Подобные вылазки с финской стороны были многочисленными, но всегда встречали организованное сопротивление со стороны Красной Армии. Существенных диверсий финнам осуществить на нашей территории так и не удалось.


Источник: «А зори здесь тихие…»: что случилось с прототипами повести
© Русская Семерка russian7.ru

Чем ужасен фильм «Любовь и голуби»?

Оригинал взят у zina_korzina в Чем ужасен фильм «Любовь и голуби»?
  • Один из самых талантливых фильмов позднесоветской эпохи называется «Любовь и голуби». Там прекрасно всё - и режиссура, и актёрская игра, и виды, и приёмы. И - сам текст. Его давным-давно растащили на цитаты, понаделали смешных озвучек и прочих демотиваторов. Но у всякого талантливого явления есть двойное-тройное дно и оно не всегда - безобидно. Имеется такое дно и у любви-с-голубями. В кадре мы наблюдаем деревенскую идиллию. Так называемых простых людей. Очень простых. Неизлечимо простых. Нарочитое смакование их простоты. В простоте - добро. Нефиг вам учиться и тянуться. Сидите в своей пейзанской нетронутости. В ней - ваше счастье. Как, знаете ли, в старинные времена, дворяне полагали, что у вилланов - свой тип счастья. Им не надо - поэзию. Они от неё только передохнут. Или, в лучшем случае, перестанут пахать и сеять. А нам оно надо? Зато в моде была буколическая литература - о нравах придуманных пастушков на фоне изысканной природы. Вот и пусть пасут баранов. В любви-с-голубями - всё то же. Знай, Вася, своё место. Благо, и тянуться тебе не к кому - тебя, если подцепит, то не интеллигентка, но - типовая образованщина. По сути, такая же примитивная, как и ты.



    Collapse )
  • tree

    Бессмертная Раневская

    Люди сами себе устраивают проблемы — никто не заставляет их выбирать скучные профессии, жениться не на тех людях или покупать неудобные туфли

    Талант — это неуверенность в себе и мучительное недовольство собой, своими недостатками, чего я, кстати, никогда не замечала в посредственности.

    Здоровье — это когда у вас каждый день болит в другом месте.

    Мне непонятно всегда было: люди стыдятся бедности и не стыдятся богатства

    Нас приучили к одноклеточным словам, куцым мыслям — играй после этого Островского!
    Цинизм ненавижу за его общедоступность.
    Ничто так не дает понять и ощутить свое одиночество, как то, когда некому рассказать свой сон.

    Если больной очень хочет жить, врачи бессильны.

    Одиночество — это когда дома есть телефон, а звонит только будильник.
    Запомни на всю жизнь: надо быть такой гордой, чтобы быть выше самолюбия.